Приглашаем вас в увлекательное путешествие в мир ZEF-культуры, представители которой — южно-африканская группа Die Antwoord продолжает привлекать к себе наше внимание.

Die Antwoord

Выдержки из журнала Dazed за июнь 2010:

Прошло уже 56 дней с тех пор, как участники группы Die Antwoord — Ninja (Уоткин Тюдор Джонс) и Yo-Landi Vi$$er (Анри Дю Туа) давали свое первое интервью и рассказывали нам о своих планах по захвату мира.

3 февраля 2010 года, на сайте BoingBoing.net появилась  первая статья о Die Antwoord. За короткое время их музыкальные клипы Enter the Ninja и Zef Side набрали более 5 млн. просмотров на Youtube.com и стали причиной бурного обсуждения творчества группы. Девочки — хипстеры по всему миру набросились на своих парикмахеров с требованием сделать им прическу «аля  Yo-Landi», а крупнейшие игроки звукозаписывающей индустрии вылетели в Нью-Йорк, в отчаянной попытке понять секрет их успеха. Участники группы были замечены за деловым разговором с Девидом Линчем (David Lynch) в одном из местных кафе, а также стало известно о подписании контракта с режиссером Района №9, Нилом Бломкампом (Neill Blomkamp) на следующий релиз группы.

Die Antwoord

Ninja — долговязый мужчина, с ежиком-площадкой на голове, который не использовался белыми реперами, со времен расцвета Vanilla Ice и широкой улыбкой, сверкающей золотыми фиксами. «Это как психоделическое путешествие, которому нет конца» — говорит Ninja, одетый в футболку Vanilla Ice и позорные боксерские трусы, в которых он снимался в клипе Zef Side. Yo-Landi — его миниатюрная коллега по группе с обесцвеченной шевелюрой, которую Youtube — пользователи окрестили секси-малолеткой, заказывает коктейль «баблгам». Ninja просит земляничный. Наш фотограф — шоколадный. Я выбираю ванильный. «Это очень похоже на Южную Африку» — отмечает Ninja, когда наши коктейли приносят — гребаная радуга национальностей.

Суровый взгляд, тяжелый лоб, татуировка «Pretty Wise» на шее — все это производит пугающее впечатление. На деле он оказывается удивительно вежливым, как и Yo-Landi, разговаривающая на смеси английскго и африкаанас (прикольная мешанина, которую вы вряд ли когда либо встречали). Сегодня утром они не надели на себя сценический образ агрессивных виггеров (белых негров), приходящих в бешенство от любого проявления поп-культуры. Они даже готовы пропустить мимо ушей немного критики в свой адрес. После года выступлений по ночным клубам в черных районах Кейптауна, Die Antwoord стали настолько популярны, что вместе с обсерваторий Тейбл-Маунтин и Нельсоном Манделлой попали на страницы местного путеводителя. Они смеются, узнав об этом.

Die Antwoord

«Это безумие. Это чертовски странно!» — говорит Ninja с озадаченным видом — «я имею в виду популярность, пришедшую к нам так неожиданно. Теперь наши статуи могут появится рядом с памятником Манделе. Туристы будут приходить и фотографировать их, с засранными голубями головами.

Неудивительно, что составители путеводителя не добавили на его страницы монолог из первого клипа группы Enter the Ninja, в котором Ninja глумится: «Я представляю южно-африканскую культуру. Чего здесь только не намешано: черные, белые, цветные, английский, африкаанс, языки Xhosa, Zulu, Watookal.  Я впитал все это в себя, я похож одновременно на всех этих гребаных людей…» В стране, где до сих пор слышны отголоски эры апартеида, Ninja, с его неполиткорректными и по большей части, откровенно провокационными заявлениями, кажется рупором свободы и независимости.

«Это просто наш стиль. Люди, как обычно, надумывают лишнего» — 35-летний MC прихлебывает розового молочного коктейля. «На самом деле, мы не вкладывает много идеологи в свои действия, по большей части это просто забава. Страна, в которой живут люди всех оттенков кожи и которая управляется черными — где еще найдешь такой гребаный мульти-культурный винегрет? Здесь процветает расизм старой гребаной школы, и это лучше, чем в Америке, где все разногласия искусственно скрыты и спрятаны. Здесь все на виду. Это целая философия, огромная кровоточащая рана, которую пытались лечить, но получилось только еще хуже. Все это мне скучно и не интересно. Я не расист.»

Die Antwoord

«Мой родной язык — африкаанс» — говорит Yo-Landi, продолжая обнимать руками свои колени. «Много людей говорят на африкаанс. Это не вызов, это просто язык, на котором мы общаемся между собой. У него есть свой собственный колорит, свой сленг. Люди с удовольствием используют его и это здорово. Им приятно слышать родной язык от нас, нравится наша открытость.»

Одна из главных причин, позволившая Die Antwoord так быстро достичь славы, использование социальных стереотипов, четки баланс между фарсом и высоким исполнительским искусством. В клипе Enter the Ninja много ярких образов — больной прогерией Леон Бота, в «B-boy» — позах, мечтающая стать бабочкой Yo-Landi, скидывающая с себя форменную одежду школьницы, и конечно, Ninja, выступающий в стиле Кита Харинга (Keith Haring) и читающий рэп с такой скоростью, что ему позавидовали бы ребята из Blackout Crew.

Die Antwoord

В клипе «Zef Side» они в иронической манере представляют жизнь в стиле ZEF — захолустный белый городок, полный пьяниц с гнилыми зубами, ржавых мотоциклов, и Ninja, танцующий в замедленном темпе на фоне всего этого, в то время как Yo-Landi с обожанием смотрит на своего кумира, дергающегося в боксерских трусах с надписью Pink Floyd. Уже по этим двум клипам можно сделать вывод, что Die Antwoord — одна большая шутка.

«Он носит эту одежду каждый чертов день» — смеется Yo-Landi, показывая на боксерские трусы — «Меня пугают эти труселя. Когда они только появились у Ninja, мы даже представить не могли, насколько популярными они станут. Он говорит, что периодически стирает их, но я ему не очень-то верю.»

«Я правда их стираю!»  — перебивает ее Ninja — «Мне страшно даже подумать, что я могу потерять их. Они помогают мне чувствовать себя в безопасности.» — он убирает улыбку с лица и принимает серьезный вид. «Я очень серьезно ко всему отношусь. Я чертовски бережно забочусь о своей прическе. Мы смешали поп-арт и высокое искусство. Наши интересы очень широки, от исполнения рэпа до съемок фильмов. Те кто нас критикуют, не успевают за нами угнаться. Мы чертовски серьезно относимся к нашему искусству и всему тому, что мы делаем, но чувство юмора у нас тоже есть. Многие люди не могут понять наш стиль, они смеются, им кажется, что все это лишь шутка. Но мы не делаем музыку для избранных, наша музыка для обычных людей. А смех должно вызывать то дерьмо, в которое превратилась наша поп-музыка за последние 10 лет. Но волноваться не стоит, поскольку будущее за нами. Die Antwoord уже здесь. Я уже оставил в прошлом все, что было до этого и мы готовы двигаться вперед.

Die Antwoord

Ninja уже не первый раз проводит черту, отсекая прошлое, и делает решительный шаг навстречу неизвестному. Многим в Южной Африке знакомы и предыдущие воплощения  Уоткина Тудора Джонса (Watkin Tudor Jones). Он был лидером таких групп, как: Evergreen, The Constructus Corporaton, а затем уже вместе с Yo-Landi, был известен, как Max Normal (с одноименным проектом). Затем, уже под именем MC Totally Rad, он засветился в предыдущей (полностью лишенной цензуры) версией трека Beat Boy, отголоски этого творения дошли до наших дней и частично появляются в клипе Zef Side. Так почему Waddy решил стать Ninja?

Мы очень долго работали, пока я не нашел свою формулу успеха и добрался до ответа на волнующий меня вопрос. Мы назвали наш проект Die Antwoord («Ответ», в переводе с африкаанс), потому что, на него возлагалась миссия — спасти наши задницы, иначе пришлось бы жестко расплачиваться за провал этими же задницами. Именно так я относился к Die Antwoord. Все что было до него, было экспериментами, просто пробой сил. Но я не жалею о прошлом… Прошло пришло время оставить все это в прошлом, и перейти на новый уровень. К тому же, Ninja — чертовски прикольно звучит.

Die Antwoord

Ninja привлекает внимание не только звучностью очередного сценического имени или высотой стрижки-ежика. Все его тело покрыто татуировками, многие из которых совершенно безобидные, а за некоторые стоит опасаться. Это относится к символам противоборствующих банд Кейптауна из «клана чисел» (26, 27, 28). Так татуировка Richie Rich на его груди, является символом банды 26 — любителей денег. Татуировка руки призрака с ножом — это символ банды 27 — убийц, которые поддерживают мир между 26 и 28. Татуировка дружелюбного привидения Каспера с завидной эрекцией (на руке у Ninja) символизирует банду 28 — насильников, узаконившей «де-факто» тюремный гомосексуализм. Каждая татуировка является признаком статуса, ранга и принадлежности к одной из банд, несмотря на то, что Ninja никогда не состоял ни в одной из них. Неужели ему ни страшно заходить так далеко?

«Это нужно воспринимать, как мирный жест» — улыбается Ninja и заходящее солнце блестит на его золотых фиксах. «Я даже не знал, что Richie Rich является чьим-то символом. Много людей говорили мне, что нельзя набивать такие вещи, но я увидел его на спине таксиста и он мне понравился. Сейчас я сожалею об этом и уже не сделал бы этого. Мне кажется, мы все члены одной банды и ничего не боимся… Не должны бояться. Хотя люди ничего не понимают, когда эти слова говорит белый…»

Die Antwoord

После молочного коктейля мы едем к дому их друга Дракона, чтобы сделать несколько фотографий (я говорю дом, хотя определение «лачуга» будет точнее). Мы так и не увидели, кто скрывается под именем DJ Hi-Tek, и задали вопрос об этом невидимом гении ZEF-музыки. Ninja сообщает, что DJ Hi-Tek любит работать дома, а ездить по гастролям и общаться с прессой, наоборот не любит. Yo-Landi сидит на диване и играет со своими крысами Инь и Ян.

Die Antwoord

Дракон — здоровый черный парень из Конго, стоит в углу полуразвалившейся хибары, курит что-то непонятное и раз в несколько минут оглашает комнату криком «Ninja! Louis Vuitton!» По легенде, Дракон однажды ночью проснулся, и увидел нож, приставленный к его горлу и пятерых мужчин направляющих оружие ему в голову. Он убил их всех голыми руками. К счастью, когда он пьян, он не такой злобный, несмотря на то, что немного рассержен на Die Antwoord (старые разборки). Он бормочет что-то о своей способности «избавляться от нехороших людей», а затем уходит в соседнюю комнату. Из лэптопа звучит orinoco ninja flow — ремикс Die Antwoord на композицию Enya. Ninja протирает грязный пол собственной рубашкой.

Когда хор поет «sail away mothafokkaz!» мимо проскальзывает Yo-Landi в коротких шортах и не менее коротком топе, ее фигурка притягивает взгляд. Ранее ребята признались, что у них есть общий ребенок «по залету», но он не встречаются как пара. «Мы просто друзья и вместе делаем музыку. У нас было увлечение, но мы благополучно послали друг друга и сейчас остались просто приятелями.» Наблюдая за их игривыми выходками, после того, как погасли вспышки камер, мне с трудом верится, что между ними лишь платонические взаимоотношения, но это совершенно не мое дело, поэтому я показываю Дракону то, что отснял в его доме. Слава Богу, ему нравится.

Перед тем, как проститься, Die Antwoord спрашивают меня, не хочу ли я повидать Айзека Мутэнта (Isaac Mutant), родоначальника африканского рэпа. Он живет в Mitchell’s Plain, недалеко от Кейптауна.

Через три часа мы уже мчимся по указанному адресу, с шестью пиццами и несколькими упаковками пива в багажнике. Светит полная луна и вдалеке видны люди, в свете факелов карабкающиеся на Lion’s Head. «Третьего февраля тоже была полная луна.» — говорит Ninja, вспоминая ту ночь, когда сервера не выдержали наплыва посетителей на сайт группы и их жизнь поменялась навсегда — «Я заглянул в свой почтовый ящик и охренел. Ты когда-нибудь получал 5000 входящих сообщений за одну ночь? Это хрень собачья. Это означает, что больше нет смысла пытаться прочитать свою электронную почту. Это как стена непрерывного звука. С тех пор я больше не могу спать по ночам. Я просто лежу и смотрю в потолок. А затем встаю и ухожу прочь от всей этой чертовни.

Die Antwoord

«Однажды утром я увидела его и спросила, что он делает» — хихикает Yo-Landi — «Он просто сказал — «Я иду!» Это был очень разумный ответ. Было восемь часов утра и его глаза были наполнены разумом.

Пока наш маленький хетчбэк катится по автостраде N2, ребята взволнованно рассказывают о своей любви к «Нейроманту» Уильяма Гибсона, о возрасте Yo-Landi (это конфиденциальная информация), о фотосессии Роджера Баллена для обложки их дебютного альбома $O$, делятся своими мыслями о том, как их музыка воспринимается в Южной Африке.

«Некоторые издания называют нас Национальным Позором, поскольку мы оказались наиболее популярной южноафриканской группой за границами Африки», говорит Ninja. «Группы, подобные Die Antwoord, чертовски портят имидж страны. Люди ненавидят Die Antwoord, видя в нас смертельную угрозу.»

«Это потому, что мы материмся только на африкаанс» — добавляет Yo-Landi, имея в виду их песню «Jou Ma Se Poes in ‘n Fishpaste Jar». Мы используем самые грязные африканские слова и выражения, которые вы только можете себе представить. Ругательства и матершина, в некотором роде, основа наших песен.»

«Но молодежь» — говорит Ninja, с блаженной улыбкой на лице — «они нас лю-ю-ю-юбят! Мы раздражаем только пожилых белых африканцев.»

На обочинах автомагистрали появляются автомобили, оставленные на ночь. Yo-Landi с хлопком открывает бутылку сидра и пристально смотрит на невысоки городские постройки, начинающиеся по обеим сторонам дороги.

Die Antwoord

«Мы въезжаем на территорию тьмы» — говорит Ninja, когда мы поравнялись с указателем «Mitchell’s Plain» — «но, не стоит волноваться. Хорошо, что мы приехали сюда ночью, когда темно. Днем здесь можно остаться без машины. Посмотрите, в соседних автомобилях нет ни одного белого. Но я не собираюсь прятаться под капюшоном, т.к. это навредит моей крутой прическе. По этой причине, большинство машин здесь наглухо тонированы, чтобы окружающие не видели, кто находится внутри. Это безопасно, поскольку гангстеры поступают так же. Yo-Landi до сих пор не может получить права, поскольку ее стекла затемнены так, что через них вообще ничего не видно.

Die Antwoord

Ninja паркуется на окраине тихого квартала Rocklands и мы заходим в одноэтажный бетонный дом Айзека Мутента. Внутри Айзек и несколько ребят из его команды «KAK» (Koloured As Krooks) смотрят футбол, а его маленькая дочь с криками бегает вокруг них. Его жена Ким, сестра и мать встречают нас как героев, вернувшихся на родину с войны. После раздачи футболок и бейсболок с неоновым огоньками, Айзек сотворил небольшой фристайл, и его безупречное исполнение могло бы вызвать чувство зависти у большинства американских рэперов.

Die Antwoord

Ninja с воодушевлением рассказывает нам про приятеля. Старые друзья обсуждают запуск проекта Teenage Mutant Ninja Turtles, в рамках которого планируют обучать подростков читать рэп. Они громко обсуждают свои планы, обильно используя в своей речи гангстерские словечки и африканский сленг, чем привлекают внимание небольшой банды, проходящей мимо дома и удивленно остановившейся у открытой двери. Они с удивлением смотрят на нас, не понимая, что в доме их соседей делают белые люди в форменных футболках, с видеокамерами.

Die Antwoord

Я спрашиваю Айзека, что он думает о гангстерских татуировках Ninja. «Они определенно опасны. Я не знаю никого с аналогичными татуировками. Чтобы их носить, нужны стальные яйца. Это как констатация своей принадлежности к одной из банд. В Cape Flats люди с подобными татуировками пользуются особым уважением и статусом. Они могут спасти тебе жизнь, а могут стать причиной твоей смерти. Когда мой брат впервые увидел его татуировки, он потерял дар речи. Чтобы набить себе такое, нужно определенно иметь стальные яйца. Или делать их по молодости, когда кажется, что ты бессмертен.»

Die Antwoord

Ninja меняет тему, показывая Айзеку запись на видео-камере новой интересной акапелла группы Miranda. На певице почти нет одежды. Yo-Landi на кухне хихикает с девочками над историей про их общего приятеля, который чуть не умер, проглотив свои вставные зубы. Все смеются над новыми сплетнями, обильно появляющимися после каждого выступления Die Antwoord, во время их трансатлантического тура вместе с такими звездами, как Jimmy Iovine и David Lynch.

Когда пицца и пиво закончились, Ninja и Yo-Landi еще раз, напоследок, хвалят арт-объекты увлечения Ким (порнографический фото монтаж), спускаются к машине, прощаются и отправляются по пустынной дороге, обратно в город ZEF. По пути высаживают меня, Ninja выходит из машины и заключает меня в объятия. «Скажи людям в Верикобритании, что мы реальные люди. А впрочем, можешь сказать, что мы голограммы, придуманные Нейллом Бломкампом.

Die Antwoord

Через две недели Die Antwoord снова появляется в LA, чтобы выступить на Coachella и заключить важный контракт со студией звукозаписи. Несмотря на то, что из выступление длится всего 20 минут, их ждут более 30000 зрителей, и они объявлены как хедлайнеры фестиваля, наравне с Jay Z, Томом Йорком, Gorillaz и Faith No More.

На следующий день я получай переполненный эмоциями e-mail от Ninja: «Это чертовски охренительно! Я никогда еще не видел толпу, более 30000 человек, которая глядела на меня и ликовала, как сумасшедшая. Это было до безумия круто!»

Где бы не появились Die Antwoord, везде они заставляют людей смеяться или ненавидеть или просто танцевать. Трудно предсказать, куда приведет их вычурный стиль, манера держаться, блатной сленг и провокационные татуировки. Особенно сейчас, когда убит Юджин Тербланш, и южноафриканские межрассовые отношения угрожают выйти из под контроля. Оставят они после себя лишь пару прикольных роликов на Youtube? Или станут одной из самых выдающихся рэп команд в мире? Глядя на то, чего они достигли за несколько недель, невозможно делать прогнозы, что произойдет с ними в будущем. Кроме хаоса. Уж на это вы можете рассчитывать!

Источник: Die Antwoord: still freeky, DazedDigital.com (2010)
Text: Tim Noakes
Photographer: Ross Garrett

Мне будет очень приятно, если ты поделишься этой статьей с друзьями 😉

comments powered by HyperComments